22 рассказа бывших заключенных о том, что больше всего потрясло их после выхода из тюрьмы

«Корреспондент Гаскаров в аду и другие истории», Петр Силаев

Мы целыми днями вышагивали по бетонному двору с наркодилерами и налетчиками, играли в настольный теннис, в «двадцать одно», грызли яблоки, но мысли мои были далеко — в вечно заснеженном аду Можайского централа, где очевидные бандиты и злодеи хотят мучить меня в течение следующих 13 лет. Зачем? Почему эти люди вообще есть? Ну, вот посадят они меня, даст им Стрела (бывший мэр Химок Владимир Стрельченко) премии — а дальше-то что? Что они с ними будут делать? Ну, поедут на шашлыки, напьются, будут стрелять из табельного оружия — а дальше что? Тьма.


Обложка книги Петра Силаева «Корреспондент Гаскаров в аду и другие истории» / Издательство сommon place

Петр Силаев, он же Петя Косово, он же DJ Stalingrad, он же Пит — автор «Исхода», евангелия антифашистского ультранасилия нулевых. Власти России считают его организатором погрома администрации Химок в 2010-м, когда триста или четыреста по-летнему одетых людей пришли порисовать граффити на стенах учреждения и пострелять из травматов. Сам Петр на эти обвинения ответил бы что-нибудь в духе: «У этого погрома не было ни единого шанса не случиться, ведь сама ситуация вела к нему». Силаев уехал в Европу, чтобы не оказаться за решеткой, и стал писать тексты о своих приключениях в разных странах, об испанской тюрьме, о беспорядках, об анархистах и Интерполе. Открывает сборник записанный Петром рассказ его друга Алексея Гаскарова, который на некоторое время попал в можайский СИЗО по подозрению в участии в химкинской истории. В изоляторе он испытал все радости общения с подментованными блатными. Предисловие к книге Гаскаров писал из СИЗО «Бутырка», где оказался в рамках уже «Болотного дела».

Новый год на лесоповале

Чтобы читатель поверил в эту невероятную историю, нужно начать издалека. Всю жизнь я занимался силовыми видами спорта. Добился успехов на больших аренах. Потом бросил фанатеть, снизил нагрузки, но тренировки не бросал. Еще я умею рубить. В перестройку устроился рубщиком мяса. График — три дня по двенадцать часов, четыре дня выходных. За смену по три тонны замороженного мяса разделывали, без устали махая тяжелыми тяпками.Все есть, но чего-то не хватает…
Когда сел за криминал, попал на северное поселение. Там сам попросился трудиться сучкорубом. Это звучит внешне безобидно. Попробуйте скакать по буеракам и очищать от толстых веток вековые ели и вязкие осины. Еще и макушку у них отчленять так, чтобы трелевочник мог зацепить тросом. В общем, практику махания топором получил отменную.

Катя и Женя

Катя сразу после школы вышла замуж за первого и, как думалось, единственного мужчину в своей жизни. Отношения были хорошие, в доме всё было, Катя ездила на красном RAV4, который в нулевые, когда и происходило дело, был настоящей роскошью. Но однажды случилось непредвиденное. С Катей на заправке познакомился Женя, а он был, мало сказать, кровь с молоком. Статный, мужественный, ходячий тестостерон. И ухаживать умел. Кате, которую муж хоть и любил, но комплиментами не баловал, этого хватило, чтобы влюбиться без памяти.

Катя приняла решение уйти от мужа, они с Женей начали жить на съёмной квартире и по какой-то причине спали на надувном матрасе. Первые три месяца Катя была самой счастливой женщиной, она перестала общаться с родителями и друзьями. Женя стал целым миром для неё. А через три месяца его арестовали за вымогательство и посадили. Катя начала ездить к нему на свиданки и возить тяжеленные сумки с продуктами. Женя просил у неё денег регулярно, также Катя оплачивала адвокатов, так как была уверена, что осудили Женю незаслуженно. На адвокатов ушёл и красный RAV4. Тем не менее, Женя Катю любил, она в этом была уверена. Даже сделал предложение, но сказал, что свадьбу сыграют, когда он выйдет. Не хотел на зоне.

Женя вытянул из Кати сотни тысяч рублей. А позже сказал ей, что их отношения должны закончиться, потому что у него уже есть жена, которая недавно родила ему ребёнка. Она тоже ездила на свидания и забеременела на одном из них. Катя осталась без любви, без мужа, без денег и без машины, но с опытом, который лучше было не получать.

Михаил

Этот человек был противоположностью Сергею. Был он грабителем и домушником. Он также уже сидел, причем начал «на малолетке», то есть в колонии для несовершеннолетних и продолжил отсиживать свой срок во взрослой зоне. Срок был большой — 8 лет за грабеж и причиненные телесные повреждения. Три года он был на свободе и судя по его рассказам, провел их очень «плодотворно».

Главная его цель была – «рыжевье», то есть золото

Добывал он его всеми доступными способами – грабежами на улице, в лифте и при этом он совершенно спокойно рассказывал как обрывал серьги, не обращая на внимание что при этом зачастую разрывается и мочка уха. Не задумываясь применял силу

Основное же его занятие было – квартиры.

Попался он на очередном ограблении квартиры. Вскрыл дверь, нашел деньги и золотые украшения и уже на выходе из квартиры столкнулся с хозяином – пожилым человеком.
Не задумываясь схватил стоящий в прихожей табурет и ударил старика по голове.
Старик упал. В этот момент сверху спускался мужчина, который увидел все это. С ним Михаил не справился, был скручен и вызванным по телефону нарядом доставлен в отделение неподалеку.

Основные сокрушения его были о том, что с ним не было ствола. Дома у него лежал обрез, но он его редко брал на дело. А еще он очень сильно переживал от неизвестности – жив ли старик? Когда его увозили, скорая только приехала и чем все кончилось, он не знал. В то время кара за убийство при ограблении была бы скорее всего одна… Никаких угрызений совести или вообще, чувств в отношении старика не было и следа.

Сравнивать его с Сергеем просто невозможно. Ни единого следа сильного ума или развитости. Речь, в отличие от стройной и логично построенной речи Сергея, отличалась скудным набором слов вперемешку с матом и жаргоном.

Про Олю и бизнес

Оле с мужчинами не везло, был муж, но он бросил её с новорожденной дочерью, потому что та родилась с отклонениями. Оля духом не упала и организовала небольшой бизнес, который неплохо работал и кормил и её, и дочку. Конечно, молодой и активной Ольге хотелось мужского тепла. И однажды она познакомилась с замечательным мужчиной, которого звали Сергеем. Правда, ему ещё год нужно было досидеть. Но осудили его ни за что, его подставили.

Друзья Оли старались убедить её порвать с ним переписку, но влюбленная особа показывала подругам письма, в которых заключённый нежно признавался ей в любви. Лена познакомилась с семьёй Сергея и начала вместе с его сестрой возить передачки. Примерно в это же время влюбленные расписались. Когда он вышел, то сразу переехал в квартиру Ольги и с собой взял сына от другой женщины. И вместо того, чтобы найти работу, Сергей стал отдыхать. Иногда он покупал Оле цветы, конфеты и бижутерию. Но большую часть времени лежал на диване и курил сигареты.

Ольга работала теперь на четверых. И в какой-то момент начала замечать, что из сейфа в офисе стали пропадать деньги. Сначала она грешила на собственную растерянность из-за перманентного состояния счастья, в котором она пребывала последние месяцы. Пропажа денег стала регулярной. Пропадали крупные суммы, десятки тысяч рублей. Оля решила сменить замок на сейфе. Это помогло на пару недель. Потом всё возобновилось. Тогда озадаченная бизнес-вумен установила в офисе скрытую камеру. И буквально на следующий день увидела на записи собственного благоверного, который своими ключами открывает и дверь в офис, и сейф. Большую часть денег он тратил на общак, часть — на рестораны для себя и совсем маленькую часть — на подарки для жены. Конечно, после того, как тайное стало явным, Ольгину влюблённость сняло, как рукой. Сергея с сыном она выгнала, и осталась жить со своей маленькой дочкой, отдавая свою любовь ей и бизнесу.

  • Вот почему вы толстеете, хотя строго придерживаетесь диеты
  • 89-летний портной каждый день надевает на работу новый великолепный костюм
  • Русская сервировка — порядок подачи блюд, которому научился весь мир
  • Как быть, если вы всё время просыпаете?
  • Трагедия «ждуль»: как зеки «разводят» женщин на деньги и любовь

Пиковая дама в камере убийц[править]

Так пока есть время, настрочу ещё одну из IRL.

Мистики тут почти никакой, но история довольно занятная.

Там же на пятёрке, ещё на малолетке, решили мы вызвать пиковую даму. Нас в камере было человек девять, из них семь сидело за убийства. У кого-то один труп, у кого-то четыре.

Среди действующих лиц, которые заслуживают внимания — Гусь и Пермский маньяк.

Гусь был довольно странным человеком, если не рассматривать то, что завалил с друзьями человек пять, может больше, может меньше, не помню.

С его слов,он до пяти лет не мог ходить, проблемы с позвоночником, возили на инвалидной коляске. После этого его кто-то с родни свозил толи к ведьме, толи к целительнице, и та поставила его на ноги. Ходить он стал, но передвигался делая движения головой — вперёд-назад, поэтому его на тюряжке и прозвали Гусём. Как Гусь подрос, то стал убивать. Сидел он за то, что с парой друзей завалил кучку алкашей ,которые заняли беседку в небольшой лесополосе, где они тусили. Среди этих алкашей был чемпион конькобежного спорта СССР (Не старайся гуглить, анон, я пытался, не нашёл. Но в материалах дела, которые Гусь давал читать, своими глазами это видел). Они пару раз предупредили алкашей, чтобы они освободили беседку — те не послушались. Через пару дней Гусь и пара его друзей пришли туда, вооружённые ножами и палкой с гвоздём. Зарезав одного бухарика, который отошёл от беседки толи прогуляться, толи поссать, они вышли на поляну перед беседкой. Тут самое доставляющее. Алкашка (баб они не убили) их увидела, с ножами в руках и окровавленных и испуганным голосом пробормотала «Ребята.. Вы кто?» (сам всё это читал в материалах дела). На что подельник Гуся ответил «Мы не ребята ! Мы сатана!» и давай резать её корешей. Одному из потерпевших, он оставил 132 (как сейчас помню) дырки в голове, пробитых палкой с гвоздём.

Пермским маньяком мы прозвали пизд#ка (который как потом выяснилось оказался ещё и сухарём, но на его счастье, его в тот момент уже увезли с централа), который на пару с другом, убили человека четыре за одну ночь. Двое 14-летних малолеток в Перми надышались клеем и поспорили, сколько успеют завалить народу за ночь. Успели вальнуть пару мужиков, причём с несколько доставляющими подробностями. Например завалив одного на автобусной остановке, он сидел на его трупе и дышал клеем, а мимо ходили люди и всем было глубоко похер. А другому они отрезали ногу, и хотели её сварить и съесть, но передумали.

Итак, именно Гусь предложил вызвать пиковую даму.

На малолетке, в отличии от взросла, свет на ночь отключают и горит только ночник. Мы занавесили два окна в хату одеялами , занавесили ночник. В хате стало почти абсолютно темно. Как глаза попривыкли, я , Гусь и Пермский маньяк пошли на дальняк (сортир, огороженный перегородкой — «слоником», где ещё умывальник и нужное нам зеркало) вызывать пиковую даму. Остальные остались на шконках наблюдать.

Гусь нарисовал, толи мылом, толи пастой зубной, уже не помню , лестницу, точку, и начал бормотать призыв.

Стали ждать , что произойдёт. Пермский маньяк дико начал паниковать, вцепился мне в ногу (я намного выше его) и его прям затрясло, начал вопить «Она двигается, двигается». Я в зеркало смотрю, вроде бы точка на месте. А Гусь начал подтрунивать, зловеще смеяться и говорить «СЕЙЧАААС СЕЙЧАААС ДЕВА ТЬМЫ ПРИДЁЁТ», отчего Пермский маньяк начал паниковать ещё больше и орать, чтобы Гусь заткнулся и стёр лестницу с зеркала.

От таких дел, я решил отойти подальше и посмотреть со стороны, пошёл и прилёг на шконку. Пермский маньяк пытается подорваться к зеркалу, Гусь его не пускает (Гусь ростом тоже был , метра под два). Тот начал орать, что убьёт его, Гусь лыбится, говорит «ну давай». Пермский маньяк заметался и побежал к «языку» (около окон, полка в стене, закреплёная большими болтами). Суть в том, что один из болтов мы расшатали и достали из стенки, а болт таких размеров, что им вполне реально проломить голову. Мы им кабуру в стене долбили (дырку в стенке для связи с соседней хатой). Ну вот пермский этот ебанько, подбегает и хватает этот болт. Уже мы на него давай орать, чтобы положил на место. Но тот рванул на Гуся. Гусь встал на дальняке , с виду уже готовый и ждёт. Маньяк забегает на дальняк, смотрит на Гуся, смотрит на зеркало, внезапно его лицо искажается в ужасе и он начинает болтом долбить зеркало. А зеркала в тюрьме такие, что разбить его нереально. Точнее оно покрывается трещинами и не более. Ну вот он потрескал нам так всё зеркало и только после этого успокоился. Пошёл убрал болт и измотанный лёг спать. Больше мы решили никого не пытаться вызвать в этой хате.

Плач из отдушины[править]

Аноны, на дваче недавно, попал сюда как раз благодаря сначу, так как в жизни сталкивался с НЕХ не один раз, вот вам первый мой тред.

Решил запостить вам тюремных историй, криповых и не очень, некоторые произошли со мной, некоторые являются тюремными легендами, так сказать. За пару дней, постараюсь запостить всё.

Начнём с первой тюряжки, на которой чалился в нулёвых — пятый централ в мск, СИЗО 77/5. Видимо из-за того, что там один корпус является малолеткой, то всяких историй о паранормальщине там немало.

Тюрьма старая, поговаривают все тюрьмы в Москве построены ещё Екатериной II в форме букв её имени (если смотреть с высоты полёта). Так оно или нет, проверить возможности нет. На пятом централе два корпуса — старый и новый. На новом малолетка (на тот момент была, как сейчас, я не в курсе), на старом взрослые. Соединены между собой корпуса — «кишкой» (так зк между собой называют длинный железный коридор, соединяющий корпуса, так как он висит в воздухе, плохо освещается и очень холодный).

О тюрьме ходят несколько легенд, первая связанная с той самой Екатериной. Поговаривают, что ночью, в «кишке», можно услышать ржание лошадей, стук копыт и даже при желании увидеть саму Екатерину на колеснице.

Вторая история, про маленького 14-летнего пацана, забитого на киче (в карцере) мусорами до смерти, и типа его плач можно слышать из отдушин по ночам. Как раз первая история, что случилась со мной на тюрьме IRL связана именно с этой легендой.

Время ближе к часу ночи. Вся хата спит. Надо сказать, что это была пресс-хата, в которую меня легавые закинули на три месяца, чтоб мокрухи повесить. Потом хату раскидали (через пару недель после этого случая, о котором рассказ), меня перевели уже в людскую. Для других хат, это была людская хата, в ней были одни пиковые, которые с подачи кума (тюремного опера), пытались выбить явки. Вопрос до блатных поднять возможности не было, так как у каждого из этого пикового, как говорят мама-папа-вор. Вполне возможно, что именно поэтому и столкнулись мы там с этой хернёй. Негативная энергетика, всё такое.

Короче , время ближе к часу ночи. К тому времени хату раскидали уже почти полностью, по сути она уже стала людской. Не сплю только я, и дорожник. Дорожник на дороге стоит (для тех, кто не в курсе, «дорога» — связь между камерами,грубо говоря верёвка за окнами), я просто тусуюсь. Если надо подтянусь с соседями побазарить и тп. Напротив нашей хаты — камер не было. Соседняя слева хата была обиженной, но на тот момент пустовала. Люди были только в соседней справа хате. Связь с соседней камерой вплане общения, была через отдушину. Соседи стучат определённый цинк в стенку, подтягиваешься на отдушину и говоришь.

Время было час ночи, было тихо. Тут из отдушины раздаётся плач. Такой детский,детский прям, и тихий. Я у дорожника спрашиваю, говорит тоже слышит. Цинкую в стенку соседям, те подтягиваются на отдушину. Говорю «это у вас кто-то плачет ?», говорят нет. Ну так-то вообще на малолетке даже , редко кто будет при всех плакать. Сожрут морально за подобное. Говорю «а ты слышишь плач?», он говорит «нет».

С отдушины слазию, плач всё идёт. Крипотно не было на тот момент, лишь интерес. Сразу вспомнили историю про того пацана. И тут плач затихает. И за окнами резко раздаётся звук качающихся качелей и детских смех. За окнами выходящими в тюремный двор, где никаких разумеется качелей и детей не может быть вообще. Тут мы уже немного кирпичей отложили. Вскоре всё затихло.

Освобождение

Все в жизни проходит, прошли и долгие, окрашенные в моих воспоминаниях цветом индиго 72 часа. После обеда меня и Михаила вывели из камеры с вещами. Сергей пожелал нам обоим удачи. Нас соединили наручниками, надев на одну руку каждому
и посадили в УАЗик. В заднем отсеке лежало колесо. Вдвоем нам было очень мало места.

Соприкасаясь с Михаилом, я ощущал как он дрожит всем телом. Глаза были как у безумного – широко раскрытые, с покрасневшими веками и неподвижные, устремленные в одну точку…

Крыльцо районной прокуратуры было рядом с входом в Отделение милиции. Мы и двое сопровождающих нас милиционеров ждали около получаса. Первым завели меня. Прокурор, мужчина лет сорока, молча листал дело, время от времени поглядывая на меня. Закрыв дело, он уперся взглядом в меня и мне даже на секунду показалось, что в его взгляде промелькнуло сочувствие, а может быть я просто отчаянно искал его в нем…

— Фамилия, имя отчество…

— Раскаиваешься?

— Да,- ответил я, как меня и научил Сергей.

— Претензии, просьбы есть?

— Нет.

— Вы свободны. Все дальнейшее уточните у следователя.

Почти оглушенный этими словами, выхожу из кабинета. Следом завели Михаила. Мы ждали. Когда они вышли, я видел, что Михаил не видит никого… Его глаза были совсем пустыми и смотрели в никуда.

На улице мы разошлись. Его посадили в тот же УАЗик, а меня повели в отделение.
Там мне выдали все, что изъяли кроме обручального кольца и тут же повели на второй этаж. На двери была табличка «Следователи». В комнате было три стола. За одним из них сидела довольно молодая женщина, то ли кореянка, то ли казашка. Именно с ней мне и предстояло общаться. Самое первое, что я ей сказал – о кольце. Она сказала мне посидеть немножко и вышла. Минут через пять она вернулась и протянула мне кольцо.

Потом был разговор, подписка о невыезде, обмен телефонами и так далее. Когда я вышел из кабинета, меня ждал сюрприз – я попал в объятия сестры. Тут я не смог сдержать слезы. Это было свыше моих сил.

Как оказалось, в этом отделении работает ее одноклассник и именно он отыскал меня, именно он сообщил ей, где я нахожусь. Узнали они обо мне только за пять часов до визита к прокурору, то есть трое суток меня просто не было на свете. Ни в больницах ни в моргах, ни в милиции, где тоже отвечали что такой человек через них не проходил…

Мы решили, что в таком виде заявляться к родителям ни в коем случае нельзя и, взяв такси, поехали к тете, что жила недалеко. Там я принял душ, побрился и насладился вкусом домашней еды. Это был рис и вареная курица…

А потом были слезы мамы… Больной отец, который признался, что это были самые тяжелые ночи в его жизни… Позвонить жене было некуда – телефонов в квартирах в то время в нашей деревне практически не было. Рано утром я сел в автобус и к обеду был уже дома.

«Надзирать и наказывать», Мишель Фуко

О том, что наказание вообще и тюрьма в частности принадлежат к политической технологии тела, я узнал не столько из истории, сколько из настоящего. В последние годы во всем мире произошли тюремные бунты. В их целях, лозунгах, в том, как они развивались, было, несомненно, нечто парадоксальное. Бунты против всего состояния физического убожества, сохраняющегося более столетия: против холода, духоты и скученности, против обветшалых помещений, голода и избиений. Но также бунты против образцовых тюрем, против транквилизаторов, изоляции, медицинского обслуживания, воспитания. Были ли это бунты, преследующие чисто материальные цели? Или противоречивые бунты: против обветшалости и упадка, но и против удобств, против надзирателей, но и против психиатров?


Обложка книги Мишеля Фуко «Надзирать и наказывать» / Совместная издательская программа Ad Marginem с музеем «Гараж»

Считается, что тюрьма стала общим местом в Государстве благодаря тому, что она очевидно более гуманна, чем смертная казнь или пытки. Однако, по мнению Мишеля Фуко, повсеместная победа тюрьмы связана в первую очередь с тем, что изменился сам механизм осуществления власти над человеком. Новая Власть претендует на полный контроль всей деятельности подданных, а значит — хочет добиться всеобъемлющей власти над телом человека. Власть проповедует дисциплинарность и требует полного соответствия этой дисциплинарности — в тюрьме, армии, школе, больнице или на заводе с оптимизированным производством. Сложно отрицать, что при работе над «Надзирать и наказывать» Фуко использовал свой опыт «Группы информации по тюрьмам» (ГИТ) — инициативы, у истоков которой он стоял. Задачей ГИТ было донести голос французских заключенных до общества, рассказать о проблемах содержащихся в тюрьмах. «Мы хотим знать, что представляют собой тюрьмы: кого и как отправляют туда, за что, что там происходит…», — писал Фуко в манифесте группы.

Воля

Сидя там, в камере, я впервые в своей жизни осознал, что такое свобода. Нет, не та свобода, о которой пишут в книгах и газетах и за которую бьются диссиденты, профсоюзы и революционеры всех мастей.

Я имею в виду ту свободу, которая дается нам при рождении, Богом. Свобода идти куда хочу, смотреть куда хочу, надеть что хочу, съесть что хочу, сказать что хочу, позвонить, написать, нарисовать, спеть … Сколько еще всего?! Это же какое великое счастье – иметь возможность все это иметь! Или это не свобода, а воля? Не знаю. Суть от того, как это назвать не меняется.

Так я и рассуждал, глядя на полоску неба за толстой решеткой, над намордником и когда на край ржавого железа села муха, я ей позавидовал. Остро, до слез, до отчаяния… Ей оттуда видна улица, люди, машины… Она же может полететь туда, к людям. Ощущение утраты свободы у меня почему-то ассоциируется именно с той свободной мухой, с теми моими ощущениями …

Живя нашей обычной жизнью, мы не особо задумываемся о ценности всего этого. Лишь потеряв какую-то из свобод, мы вдруг осознаем счастье обладания ею. Потом, через много лет, лишившись возможности ходить, я очень ярко, остро вспомню эти мысли у окна камеры…

Как зеки мухоморов наелись

Эта история случилась в одной из колоний-поселений нашего Северо-Западного региона. Мораль у нее такая: смекалистый российский зек всегда найдет возможность нарушить режим, но не менее смекалистый российский тюремщик все равно его накажет.
Колония-поселение — это почти свобода. Учет осужденных происходит только утром и вечером. Периметр не охраняется. Сами осужденные часто задействованы в работах в каком-либо ближайшем населенном пункте. Описываемая зона располагалась в глухомани, вокруг нее стоял густой и дремучий лес. Естественно, никто и не думал запрещать зекам заниматься собирательством — грибы и всевозможные ягоды были в изобилии. Обстановка в колонии вообще была санаторная — начальники терпимо относились к осужденным, позволяли им выпивать по пятницам-субботам, а те, в свою очередь, не позволяли себе серьезных нарушений режима.

Улики стояли колом

Забавная история произошла в одной из колоний на Севере. Зеки-наркоманы, которым очень хотелось словить кайф, получили массу незабываемых впечатлений, а в довесок к ним еще и две недели в ШИЗО. А дело было так.В тоске по дозе
Сидели в одной зоне два дружбана. Оба они были воришками и оба спалились на первой же краже.
Первый залез ночью в детский сад, связал в узел все мало-мальски ценное, что ему удалось там найти, и уже собрался уходить. Но тут ему на глаза попалась игрушка — радиоуправляемая машина. Воришка начал гонять ее по полу и так увлекся этим занятием, что не заметил, как наступило утро. Пришла уборщица, обнаружила взломанную дверь и вызвала наряд. Так игрушечный шумахер угодил на нары.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector